[В начало сайта] [Список произведений] [Статьи о писателе] [Афоризмы]
[Сборник "Валтасар"] [Сборник "Перламутровый ларец"] [Сборник "Рассказы Жака Турнеброша"] [Сборник "Семь жен Синей Бороды и другие чудесные рассказы"]


Анатоль Франс. Пчёлка

 
скачать    Начало произведения    Глава II,    Глава III,    Глава IV,    Глава V,    Глава VI,    Глава VII,    Глава VIII,    Глава IX,    Глава X,    Глава XI,    Глава XII,    Глава XIII,    Глава XIV,    Глава XV,    Глава XVI,    Глава XVII,    Глава XVIII,    Глава XIX,    Глава XX,    Глава XXI,    Глава XXII,    Приложение

<< пред. <<   >> след. >>

     Глава VII,
     в которой рассказывается, как Пчелка и Жорж отправились на озеро
     
     На другой день после завтрака, когда герцогиня удалилась в свои покои, Жорж взял Пчелку за руку.
      — Идем! — сказал он.
      — Куда?
      — Тсс!!!
     Они спустились по лестнице и пошли через двор. Когда они вышли через потайную дверь, Пчелка опять спросила, куда они идут.
      — На озеро! — твердо ответил Жорж.
     Пчелка широко открыла ротик, да так и застыла на месте. Уйти так далеко, без спросу и в атласных туфельках! А на ней были атласные туфельки. Ну, разве это благоразумно?
      — Нам надо идти, и вовсе не обязательно быть благоразумными!
     Таков был величественный ответ Жоржа Пчелке. Сама же она его стыдила, а сейчас прикидывается удивленной... Теперь уже он презрительно отсылал ее к куклам. Девчонки всегда так — сами же подстрекают, а потом увиливают. Фу! Вот противный характер! Пусть остается, он один пойдет!
     Она схватила его за руку, он оттолкнул ее. Она повисла на шее у брата.
      — Братец, — говорила она всхлипывая, — я пойду с тобой.
     Он не устоял перед таким глубоким раскаянием.
      — Идем, — сказал он, — только не надо идти городом, а то нас увидят. Лучше пойдем крепостным валом и выйдем на большую дорогу через проселок.
     И они пошли, держась за руки. Жорж рассказывал, какой план он придумал.
      — Мы пойдем той же дорогой, — говорил он, — по которой мы ехали в монастырь. И, конечно, увидим озеро, как увидели его и в прошлый раз, а тогда мы пойдем к нему прямо, через поля, как пчелка летит.
     «Как пчелка летит» — это такое деревенское красочное выражение, когда хотят сказать, что путь прямой; но дети принялись хохотать, им показалось смешно, что в этом выражении упоминается имя девочки.
     Пчелка собирала цветы по краю рва: мальвы, ромашки, колокольчики, златоцветы, она сделала из них букет, но в ее маленьких ручках цветы вяли прямо на глазах, и, когда Пчелка шла по старому каменному мосту, на них просто жалко было смотреть. Она никак не могла придумать, что делать с букетом, и ей пришло в голову бросить цветы в воду, чтобы они освежились, но потом она решила лучше подарить их «Безголовой женщине».
     Она попросила Жоржа поднять ее, чтобы ей стать повыше, и положила всю охапку полевых цветов между сложенными руками старой каменной фигуры.
     Когда они отошли уже довольно далеко, она обернулась и увидела, что на плече статуи сидит голубь. Некоторое время они шли молча, потом Пчелка сказала:
      — Пить хочется!
      — И мне тоже, — сказал Жорж, — только речка осталась далеко позади, а здесь ни ручья, ни родника не видно.
      — Солнце такое горячее, что оно, наверно, все выпило. А как нам теперь быть?
     Так они говорили и сетовали и вдруг увидали, что идет крестьянка и несет в корзинке ягоды.
      — Вишни, — закричал Жорж, — какая досада, что у меня нет денег, не на что купить!
      — А у меня есть деньги! — сказала Пчелка.
     Она вытащила из кармашка кошелек, в котором было пять золотых монет, и, обратившись к крестьянке, сказала:
      — Дайте нам, тетушка, столько вишен, сколько войдет в мой подол.
     И с этими словами она приподняла обеими руками подол юбки. Крестьянка бросила ей туда две-три пригоршни вишен. Пчелка прижала одной рукой подол юбки, а другой протянула женщине золотую монету и спросила:
      — Этого хватит?
     Крестьянка схватила золотую монету, которая с лихвой оплачивала все вишни в ее корзине вместе с деревом, на котором они созрели, и участком земли, где росло это дерево. И так как она была хитрая, она сказала Пчелке:
      — Что уж мне с вас больше-то брать, рада вам услужить, моя принцессочка!
      — Ну, тогда, — попросила Пчелка, — положите еще вишен в шляпу моему брату, и вы получите еще одну золотую монету.
     Конечно, крестьянка охотно сделала это, а потом пошла своей дорогой, обдумывая, в какой шерстяной чулок, в какой тюфяк запрятать ей свое золото. А дети шли своей дорогой, поедая вишни и бросая косточки направо и налево. Жорж выбрал вишенки, которые держались по две на одной веточке, и нацепил их своей сестрице на уши, как сережки, и смеялся, глядя, как эти красивые пурпурные ягодки, вишенки-близнецы, покачиваются на щеках Пчелки.
     Их веселое путешествие прервал камешек. Он забрался в башмачок Пчелки, и она начала прихрамывать, и каждый раз, как она спотыкалась, ее белокурые локоны взлетали и падали ей на щечки; так, прихрамывая, она прошла несколько шагов и уселась на краю дороги. Тогда Жорж стал возле нее на колени, снял с ее ноги атласную туфельку, встряхнул, — и оттуда выскочил маленький белый камешек.
     Пчелка поглядела себе на ноги и сказала:
      — Братец, когда мы с тобой еще раз пойдем на озеро, мы наденем сапожки.
     Солнце уже начало склоняться на сверкающем небосводе, легкий ветерок ласкал щеки и шеи юных путешественников, и они, освеженные и приободрившиеся, смело продолжали свой путь. Чтобы легче было идти, они распевали, держась за руки, и смеялись, видя, как перед ними движутся две сплетенные тени. Они пели:
     
     Марианна в добрый час
     Намолоть зерна взялась.
     Вот на ослика садится
     Марианночка-девица.
     Перекинула мешок.
     «Мартин, ослик, в путь, дружок!»

     
     Но вдруг Пчелка остановилась и закричала:
      — Я потеряла туфельку... мою атласную туфельку!..
     И действительно, так оно и было, как она говорила: туфелька, у которой шелковый шнурок развязался при ходьбе, лежала на дороге пыльная-пыльная. И тут Пчелка оглянулась и увидала, что башни Кларидского замка уже скрылись на горизонте в тумане; сердце у нее сжалось, и слезы подступили к глазам.
      — Нас съедят волки, — сказала она, — и мама нас больше не увидит и умрет с горя.
     Но Жорж надел ей на ножку туфельку и сказал:
      — Когда колокол в замке прозвонит к ужину, мы уже придем обратно в Клариды. Вперед!
     
     Мельник вышел и глядит,
     Марианне говорит:
     «Привяжите-ка Мартина
     Там на травке, возле тына,
     Он мешок с пшеницей нес,
     Вас на мельницу привез».

     
     Озеро! Пчелка, смотри: озеро! озеро! озеро!
      — Да, Жорж, озеро!
     Жорж закричал «ура!» и подбросил вверх свою шляпу. Пчелка была слишком благовоспитанна, чтобы швырнуть вверх свой чепчик, но она сняла с ноги туфельку, которая едва держалась, и бросила ее через голову в знак радости. Озеро лежало перед ними в глубине долины, округлые склоны которой мягко спускались к серебристым волнам, словно замыкая их в громадную чашу из цветов и зелени. Там оно лежало, чистое, спокойное, и уже видно было, как колышется зелень на его пока еще смутно различимых берегах. Но на склонах долины, среди густых зарослей, не видно было никакой тропинки, которая вела бы к этим прекрасным водам.
     В то время как они тщетно разыскивали дорогу, их начали щипать за икры гуси, которых гнала хворостиной маленькая девочка с овчиной на плечах. Жорж спросил, как ее зовут.
      — Жильберта.
      — Так вот, Жильберта, как нам пройти к озеру?
      — Нельзя к нему пройти.
      — А почему?
      — Да потому...
      — Ну, а все-таки, если попытаться пройти?
      — Коли бы пытались пройти, так была бы дорога, по ней и шли бы.
     Ну, что можно было на это ответить гусиной пастушке!
      — Пойдем, — сказал Жорж. — Там, подальше, мы, наверно, найдем какую-нибудь тропинку в лесу.
      — И нарвем орехов, — сказала Пчелка, — и будем их есть, потому что мне кушать хочется. А когда мы опять пойдем на озеро, мы возьмем с собой большую корзину с разными вкусными вещами.
      — Да, да, сестрица, — подхватил Жорж, — непременно так и сделаем, как ты говоришь, я теперь понимаю, почему оруженосец Верное Сердце, отправляясь в Рим, захватил с собой целый окорок ветчины, чтобы не проголодаться, и большую бутыль, чтобы было что попить. Но пойдем поскорее, потому что мне кажется, что день на исходе, хотя я и не знаю, который час.
      — Вот пастушки, те знают, который час: они смотрят на солнце, — сказала Пчелка, — но я-то ведь не пастушка! А только мне кажется, когда мы уходили, солнце стояло у нас над головой, а теперь оно совсем далеко, там, за городом и за Кларидским замком. Надо узнать, неужели это так каждый день и почему это так бывает.
     Пока они глядели на солнце, по дороге закрутилось облако пыли, и они увидели всадников, которые неслись во весь опор, а оружие их сверкало на солнце. Дети ужасно испугались и бросились в густую чащу, подступавшую к самой дороге. «Это, наверно, разбойники! Нет, должно быть, людоеды», — думали они. А на самом деле это проскакала стража, которую герцогиня Кларидская отправила на розыски двух отважных путешественников.
     Маленькие путешественники нашли в лесу узенькую тропинку, по которой, наверно, никогда не гуляли влюбленные, потому что по ней никак нельзя было идти рядом, под руку, как ходят жених с невестой. Да тут и не видно было никаких человеческих следов, а только бесчисленные отпечатки маленьких раздвоенных копытцев.
      — Это следы бесенят, — сказала Пчелка.
      — А может быть, коз, — сказал Жорж.
     Так это и осталось невыясненным. Одно только было ясно, что тропинка полого спускается к берегу озера, которое вдруг появилось перед детьми во всей своей томной и молчаливой красе. Ивы курчавились по его берегам нежной листвой. Камыши покачивали над водой свои гибкие мечи и бархатные султаны; они казались зыблющимися островками, вокруг которых водяные лилии расстилали свои широкие листы сердечком и цветы с белыми лепестками. А на этих цветущих островках стрекозы с изумрудными и сапфирными тельцами и пламенными крыльями чертили в стремительном полете резко обрывающиеся кривые.
     И дети с наслаждением погружали свои разгоряченные ноги во влажный песок, поросший густым хвойником и остролистым рогозом. Кувшинки посылали им аромат своих мягких стеблей, вокруг них папоротник покачивал кружевным опахалом у края дремлющих вод, а над ним сияли лиловые звездочки иван-чая.
     
     

<< пред. <<   >> след. >>


Анатоль Франс: Биография и творчество.